Человек, стоящий позади него, начал смеяться низким утробным смехом, который почему-то приятно было слышать. Его рука опустилась на плечо Реми.

- Вы боитесь, что у вас не хватит энергии? - сказал он. - Ничего не бойтесь. Просто постарайтесь сильно это захотеть... изо всех сил. Говорите себе: я это могу! Я это могу! Поверьте мне: сила воли способна на все. К тому же, я вам буду помогать. Я буду думать о вас.

- Но... Когда я буду далеко?..

- Расстояние не имеет значения. Для духа не существует расстояний.

Странно было слышать такие слова в устах человека, от которого пахло табаком и грязным бельем, и у которого руки и пальцы, как у простолюдина, вульгарно заросли рыжим пушком. Он снова уселся за стол, поиграл некоторое время распятием, которое ему, в конце концов, удалось установить в равновесии вдоль каретки печатающей машинки.

- Ваше заболевание - это классический случай. Не старайтесь его понять. Вы слишком интересуетесь собственной персоной. Все вы в этом похожи... Однако, если вы потеряете к себе доверие, если вас снова будет мучить тоска и безысходность,

возвращайтесь ко мне... Просто приходите со мной поболтать... Вы увидите... Успокоение придет само по себе... Я вам это обещаю.

Внезапно открылась дверь и на пороге появился ребенок.

- Франсуа, будь умницей, - сказал он. - Слушай, возьми куклу... сядь в сторонке и постарайся поменьше шуметь.

Он ущипнул малыша за шею, когда тот проходил мимо, и улыбнулся Реми.

- Попутешествуйте немного, - сказал он. - Это всегда полезно... И не только для вас.

Реми встал, и знахарь протянул ему руку. Нужно ли ему предлагать деньги? Или просто поблагодарить? Реми предпочел уйти, не сказав ни слова. В зале ожидания, в коридоре вплоть до лестничной площадки толпился народ. У него вызвало легкое омерзение все это сборище калек, которые полушепотом о чем-то