- Эй!

Перед ним с визгом остановилось такси, старый желтоватый "рено" с сомнительными засаленными сидениями. Реми колебался. В самом деле, должен ли он это делать?.. Это так далеко!.. Сможет ли он там купить цветы? И эта жалкая тачка!.. Шофер приоткрыл дверцу. Ладно.

- Кладбище Пер-Ляшез. Центральный вход.

На этот раз Реми решился. Вот уже три дня он в нерешительности бродил вокруг стоянок такси. В сущности, не было особой срочности в этом рандеву с мертвой. Он даже толком не знал, хотелось ли ему ехать на кладбище. Могила... Сама по себе она не имела большого значения. Мертвые... Клементина утверждала, что они где-то обитают. Будучи ребенком, Реми выучил несколько молитв. Конечно, теперь он их забыл. Также, как и все остальное.

Он не ощущал в себе необходимости молиться за маму, но он думал о ней с нежностью, потому что она была неотделима от его детства. Она принадлежала к миру, который существовал "до этого". И внезапно Реми осознал, что в доме больше ничего не осталось с того времени, которое он называл "до этого". Мамина одежда, ее вещи - ведь, в конце концов, у нее было много драгоценностей, безделушек - что с ними случилось? Их, должно быть, перевезли в деревню, в Мен-Ален. Забавно будет полазить по чердаку, порыться там среди старых вещей. Еще один дом, в котором Реми обитал, в сущности его не зная.

Такси выехало на какую-то грохочущую улицу, и у Реми создалось впечатление, что он пересекает незнакомую страну. Если с ним здесь что-то случится, что нужно будет сделать, чтобы попасть на авеню Моцарта? "Я это могу! " - подумал он. Но это, возможно, лишь слова? Что-то вроде талисмана? Этот человек казался таким уверенным в себе.

Такси подрулило ко входу и остановилось. Пер-Ляшез. Почему Реми все время воображал себе какое-то мрачное место? Он увидел перед собой две открытые чугунные двери, лужайки с бордюрами из хризантем, и с обоих сторон как отдаленный рокот, как неуловимая вибрация воздуха чувствовалось дыхание города.